Сенатор Джон Ф. Кеннеди
Хьюстон, Техас
12 сентября 1960 г.

Преподобный Меза, преподобный Рек, возможность выступить перед этой аудиторией и подробно рассказать о своих взглядах – большая честь для меня. Благодарю вас!

Безусловно, основная тема моего выступления – это так называемый религиозный вопрос. Но позвольте мне обратить ваше внимание на то, что сегодня перед нами стоит множество гораздо более животрепещущих проблем: распространение коммунизма, мировой болезни, очаг которой находится всего в 150 км от берегов Флориды, и оскорбительное отношение к президенту и вице-президенту Соединенных Штатов со стороны тех, кто перестал уважать нашу силу; голодающие дети Западной Виргинии – я видел этих несчастных своими глазами – и старики, которые не могут оплатить поход к врачу; семьи, вынужденные покидать свои фермы; обилие трущоб, вопиющий недостаток школ и отставание в космической гонке.

Именно эти темы и должны стоять на повестке дня в ходе предвыборной кампании. И религия здесь совершенно ни при чем, ведь войны, голод и безграмотность – это всеобщая беда, не знающая никаких границ.

Но я католик, а в истории Соединенных Штатов еще не было президента-католика. И теперь все обсуждают мою веру, а насущные вопросы ушли на второй план – и это, как мне кажется, результат осознанных действий определенной группы людей. Но вера в Бога – это часть моей личной, частной жизни, а в общественных вопросах я руководствуюсь своей верой в Америку.

Я верю в Америку, где церковная и светская власть полностью разделены; где ни один католический священник не властен над президентом, даже если тот исповедует католицизм; где каждый гражданин волен поступать по-своему, не оглядываясь на мнение протестантского пастора; где ни одна церковь и ни одна приходская школа не получает ни финансовой, ни политической поддержки от государства; где ни одному человеку не будет отказано в государственной службе лишь потому, что президент или его избиратели принадлежат к иной вере.

Я верю в Америку без государственной религии, будь то католицизм, протестантство или иудаизм. В Америку, где государственные деятели принимают решения без оглядки на позицию Папы, Национального совета церквей и других религиозных организаций. В Америку, где ни одна церковь не диктует свою волю – напрямую или косвенно – гражданам Соединенных Штатов или представителям власти. В Америку, где царит религиозная свобода, а гонения на любую веру воспринимаются как угроза всему обществу.

Сегодня под ударом оказались католики. Но в разное время та же участь постигала (и может постичь в будущем) иудеев, квакеров, унитариан и баптистов. Напомню вам, что именно гонения на баптистских священников в Виргинии заставили Томаса Джефферсона создать Билль о религиозной свободе. Да, сегодня жертвой являюсь я, но завтра ею можете стать вы, а это прямая угроза стабильности нашей страны в этот сложный период.

Наконец, я верю в Америку, где нет места религиозной нетерпимости, где все люди и все церкви равны, где любой человек сможет свободно выбирать веру или вовсе отказаться от религии, где никто не голосует за католицизм или против него, где вообще нет голосования по религиозному принципу, где католики, протестанты и иудеи – как простые верующие, так и священники – не враждуют между собой, как это часто случалось раньше, не делят людей на своих и чужих, а действуют в соответствии с американским идеалом всеобщего братства.

Я верю именно в такую Америку и в такие принципы выбора главы государства. Должность президента не должна быть инструментом в борьбе религиозных групп. Никто не может лишить человека права занять этот высокий пост лишь из-за принадлежности к той или иной вере. Я уверен, что религиозные взгляды президента – это его личный выбор, который не может быть продиктован обществом или изменен под его давлением ради популярности и победы.

Я считаю, что ни один президент не имеет права ставить под сомнение Первую поправку, гарантирующую религиозную свободу. Кроме того, наша система сдержек и противовесов никогда не позволит отменить этот основополагающий документ. Я также призываю к неукоснительному соблюдению Статьи VI Конституции США, которая гласит, что прямая и косвенная проверка религиозных убеждений претендентов на государственные должности строго запрещена. Все те, кто не согласны с этим фундаментальным требованием Конституции, должны заявить об этом открыто — и так же открыто бороться за его отмену.

Президент Америки обязан блюсти интересы всех граждан в равной степени, не отдавая предпочтения никаким группам. Президент должен принимать участие во всех церемониях, службах и приемах в соответствии с занимаемой должностью и руководствоваться в первую очередь данной им присягой, а не религиозными клятвами, традициями и обязательствами.

За такую Америку я сражался на Тихом океане, за нее мой брат погиб в Европе. Тогда никто не говорил о "конфликте интересов", о том, что мы "не верим в свободу" и хотим лишить граждан Америки "тех прав, за которые проливали кровь наши предки".

За что же боролись наши предки? Они спасались от притеснений на религиозной почве, они не хотели жить там, где получить государственную должность можно было, лишь отрекшись от своей веры. Именно эти люди создали Конституцию, Билль о правах и Билль о религиозной свободе. Именно они сражались за Аламо, где я сегодня побывал. Боуи, Кэйри, МакКафферти, Бейли и Крокетт сражались плечом к плечу. Неизвестно, были ли они католиками: во времена битвы за Аламо никто не требовал отчета о религиозной принадлежности.

И сегодня я призываю вас всех следовать этой традиции. Я призываю вас оценить результаты моей деятельности на посту сенатора в течение 14 лет, вспомнить о том, что я решительно выступаю против отправки посла США в Ватикан, против государственной помощи приходским школам (ведь это противоречит Конституции), против бойкота бесплатных средних школ, в одной из которых я тоже учился. Я призываю вас не верить лживым статьям и брошюрам, единственная цель которых – опорочить меня, используя вырванные из контекста высказывания католических пасторов, в основном иностранных и зачастую почивших сотни лет назад. При этом никто почему-то не упоминает заявление, сделанное католическими епископами США в 1948 году. В этом документе они ратуют за отделение церкви от государства, и именно такова позиция современных американских католиков.

Я никогда не действовал и не буду действовать так, как написано в этих брошюрах. Так что они бесполезны. Что касается других стран, то я яростный противник использования государственной власти для притеснения других религий как католиками, так и протестантами. И я надеюсь, что вы, как и я, осуждаете те страны, где люди определенных конфессий лишены права борьбы за президентское кресло. Не погружаясь в обсуждение чужих ошибок, хочу сказать, что я одобряю поведение представителей католической церкви в Ирландии и Франции и восхищаюсь независимостью таких государственных деятелей, как Конрад Аденауэр и Шарль де Голль.

Возвращаясь к основной теме, повторю еще раз: я не кандидат в президенты от католиков, это ложь. Я кандидат в президенты от демократической партии и принадлежу к католической церкви. Я не согласую свою позицию по вопросам, касающимся общественной жизни, с представителями католической церкви, и они также действуют независимо от меня.

Став президентом, я буду принимать решения по всем без исключения вопросам, в том числе относительно контроля рождаемости, разводов, цензуры и азартных игр, в соответствии с интересами государства, а не позицией католической церкви. И никакая сила и угроза наказания не заставят меня изменить принятое решение.

И если передо мной когда-либо встанет выбор между моралью и национальными интересами, я уйду с поста президента – поступлю так, как всякий честный человек на моем месте.

Я не собираюсь извиняться за свои взгляды перед протестантами и католиками, осуждающими меня, предавать свою веру и отказываться от своих взглядов ради победы в президентских выборах.

Если я проиграю в честной борьбе, то вернусь к своей работе на должности сенатора и буду рад тому, что сделал все возможное и получил заслуженную оценку своего труда. Но если меня отвергнут из-за того, что я католик, то вместе со мной проиграют 40 миллионов американцев, лишившихся законного права на президентский пост в день своего крещения. Это будет поражение всей Америки: мы будем посрамлены в глазах и католиков, и их противников, в глазах всего мира, истории и собственного народа.

Как сенатор я уже 14 лет руководствуюсь присягой, которую дают все члены Конгресса. Если я буду избран президентом Соединенных Штатов Америки, то посвящу всего себя исполнению президентской присяги. Я без всяких колебаний "торжественно клянусь, что буду добросовестно выполнять обязанности президента Соединенных Штатов и в полную меру моих сил буду поддерживать, охранять и защищать Конституцию Соединенных Штатов. Да поможет мне Бог!"